Р. Докинз. Рассказ Предка-11. Рандеву 7. Долгопяты. 8. Лемуры, галаго и их родня

 

10. Рандеву 5. Обезьяны Старого Света. 6. Обезьяны Нового Света

Ричард Докинз. Рассказ Предка
Часть 11

12. Великая меловая катастрофа. Рандеву 9. Шерстокрылы и тупайи.
10. Грызуны и зайцеобразные

Рандеву 7. Долгопяты

Мы, антропоидные пилигримы, достигли Рандеву 7 пятьдесят восемь миллионов лет назад, в густых и пестрых лесах палеоценовой эпохи. Здесь мы приветствуем небольшую эволюционную струйку кузенов, долгопятов. Нам нужно название для ветви, которая объединяет антропоидов и долгопятов, и это – сухоносые обезьяны (Haplorhini). Сухоносые обезьяны включают Сопредка 7, нашего прародителя, возможно, в 6-миллионном поколении, и всех его потомков: долгопятов и обезьян.

Первое, что Вы замечаете у долгопята – его глаза. Если смотреть на череп, они – почти единственное, что мы можем заметить: "пара глаз на ногах" вполне прилично характеризует долгопята. Каждый из его глаз такого размера, как весь его мозг, и очень широко открытые зрачки также. Глядя спереди на его череп, может показаться, что он носит пару модных, больших, если не сказать гигантских, очков. Их огромный размер делает затруднительным вращение глаз в гнездах, но долгопяты, как и некоторые совы, оказались на высоте в решении этой сложной задачи. Они поворачивают всю голову на очень гибкой шее почти на 360 градусов. Причина огромного размера их глаз та же, что у сов и ночных обезьян – долгопяты являются ночными существами. Они полагаются на лунный, звездный и сумеречный свет и должны подбирать каждый последний фотон, какой могут.

У других ночных млекопитающих есть tapetum lucidum – отражающий слой позади сетчатки, который возвращает фотоны обратно, таким образом, давая пигментам сетчатки второй шанс их перехватить. Этот тапетум помогает обнаруживать кошек и других животных ночью. Осветите фонарем все вокруг себя. Это привлечет внимание всяких животных поблизости, и они будут смотреть прямо на Ваш свет из любопытства. Лучи будут отражаться тапетумом. Иногда Вы можете обнаружить местонахождение множества пар глаз единственным взмахом фонаря. Если бы лучи электрического света были особенностью окружающей среды, в которой эволюционировали животные, то у них, возможно, не эволюционировал бы tapetum lucidum, поскольку это настолько демаскирующий признак.

У долгопята, на удивление, нет никакого tapetum lucidum. Выдвигалось предположение, что их предки, наряду с другими приматами, прошли через дневную фазу и потеряли тапетум. Это подтверждается фактом, что долгопяты обладают той же странной системой цветового зрения, что и большинство обезьян Нового Света. Несколько групп млекопитающих, которые были ночными во времена динозавров, стали дневными, когда смерть динозавров сделала это безопасным. Существует предположение, что долгопяты впоследствии вернулись к ночи, но по некоторым причинам эволюционные пути возрождения тапетума были для них заблокированы. Поэтому они достигли того же результата в улавливании возможно большего количества фотонов, сделав свои глаза действительно очень большими.

У других потомков Сопредка 7, обезьян, также нет tapetum lucidum, и это не удивительно, принимая во внимание, что все они являются дневными существами, кроме ночных обезьян Южной Америки. И ночные обезьяны, как и долгопяты, скомпенсировали недостаток, вырастив очень большие глаза – хотя не настолько большие в пропорциональном отношении к голове, как глаза у долгопятов. Мы можем высказать хорошее предположение, что у Сопредка 7 также не было tapetum lucidum, и он был, вероятно, дневным. Что еще мы можем о нем сказать?

Кроме того, что он был дневным, он, возможно, был весьма похож на долгопята. Причиной для такого высказывания является то, что есть несколько внушающих доверие ископаемых, названных омомидами, датируемых приблизительно тем периодом. Сопредок 7, возможно, был кем-то вроде омомида, а омомиды были весьма похожи на долгопятов. Их глаза не были столь большими, как у современных долгопятов, но достаточно большими, чтобы предположить, что они были ночными животными. Возможно, Сопредок 7 был дневной версией омомида, живущей на деревьях. Из двух его потомков один остался дневным и превратился в человекообразных и антропоидных обезьян. Другой вернулся в темноту и стал современным долгопятом.

Если не считать глаз, что можно сказать о долгопятах? Они – выдающиеся прыгуны, с длинными ногами, как у лягушки или кузнечика. Долгопяты могут подпрыгивать более чем на 3 метра горизонтально и на 1.5 метра вертикально. Их назвали пушистыми лягушками. Вероятно, не случайно, что они напоминают лягушек также объединением двух костей задних лап, большой и малой берцовой кости, что создает единую, прочную кость, tibiofibula. Все антропоиды имеют ногти вместо когтей, и долгопят также, за любопытным исключением "груминговых когтей" на вторых и третьих пальцах. Мы не можем предположить с какой-либо уверенностью, где происходило Рандеву 7. Можно только отметить, что Северная Америка богата ранними ископаемыми омомидами того периода, и что она была в те дни прочно соединена с Евразией теперешним островом Гренландия. Возможно, Сопредок 7 был жителем Северной Америки.

Рандеву 8. Лемуры, галаго и их родня

Присоединение лемуров и их родственников. Современных приматов можно разделить на лемуров с их родственниками, и всех остальные. Время этотого расхождения обсуждается - некоторые эксперты помещают его на целых 20 миллионов лет раньше, с соответствующим увеличением возраста Сопредков 9, 10 и 11. Пять семейств мадагаскарских лемуров (около 30 видов) и лори (18 видов) известны как Strepsirrhini. Порядок ветвления в этой филогении Strepsirrhini остается дискуссионным.
Изображения, слева направо: мышиный карликовый лемур (Microcebus myoxinus); краснохвостый лемур (Leplilemur ruficaudatus); индри (Indri indri); бурый лемур (Eulemur fulvus albifrons); aй-aй (Daubentonia madagascariensis); тонкий лори (Loris tardigradus).

Приняв маленьких прыгающих долгопятов в свою компанию, мы отправляемся на Рандеву 8, где к нам присоединяется остальная часть приматов, традиционно называемых полуобезьянами: лемуры, потто, галаго и лори. Нам нужно название для тех "полуобезьян", что не являются долгопятами. Общепринятым стало "strepsirhines" (мокроносые). Оно означает "разделенные ноздри" (дословно - нос гребешком). Это название может несколько сбивать с толку. Оно значит, что ноздри имеют такую форму, как у собаки. Остальные приматы, включая нас, являются "Haplorhini", сухоносыми обезьянами (простой нос: каждая наша ноздря представляет собой простое отверстие).

Мы, сухоносые пилигримы, встречаем на Рандеву 8 наших мокроносых кузенов, большинство из которых лемуры. Были предложены различные даты для этого события. Я расположил его на отметке 63 миллиона лет назад, дата общепринятая и почти "перед" самым нашим вхождением в меловой период. Однако не забывайте, что некоторые исследователи помещают это рандеву еще дальше в прошлое, уже в сам меловой период. 63 миллиона лет назад растительность и климат на Земле восстановились от радикального потрясения, случившегося, когда меловой период - и динозавры - подошли к концу (см. "Великую Меловую Катастрофу). Мир в основном был влажным и лесистым, по крайней мере северные континенты были покрыты относительно ограниченной смесью листопадных хвойных и распространенных цветковых видов растений.

Вероятно, на ветвях дерева мы и встречаем Сопредка 8, ищущего фрукты или, может быть, насекомых. Последний общий предок всех доживших до настоящего приматов является нашим прародителем в 7-миллионом поколении. Ископаемые, которые помогают нам восстановить внешний вид Сопредка 8, включают большую группу, называемую плезиадапиформами. Они жили примерно в то время и имели многие из качеств, ожидаемых от великого предка всех приматов. Однако не все они близки к предку приматов, и это делает их предполагаемую позицию спорной.

Среди живущих ныне мокроносых обезьян большинство - лемуры, живущие исключительно на Мадагаскаре, и мы дойдем до них в следующем рассказе. Другие разделяются на две основные группы, прыгающие галаго и ползающие лори и потто. Когда я был ребенком в Ньясаленде (сегодняшний Малави), у нас был домашний галаго. Перси был принесен местным африканцем и, вероятно, был осиротевшим детенышем. Он был крошечным: достаточно маленьким, чтобы сидеть на краю стакана виски, в который он опускал руку и пил с очевидным удовольствием. Днем он спал, вцепившись за низ балки в ванной. Когда наступало его "утро" (вечером), если моим родителям не удавалось вовремя его поймать (что случалось часто, поскольку он был очень проворен и потрясающе прыгуч), он забирался на верх моей москитной сетки и мочился на меня сверху. Прыгая на человека, он не проявлял обычной для галаго привычки мочиться перед этим себе на руки. По теории, что "уриновое омовение" предназначено для мечения запахом, это вполне понятно, поскольку он не был взрослым. По альтернативной теории, что моча улучшает сцепление, менее понятно, почему он этого не делал.

Я никогда не узнаю, к какому из 17 видов галаго принадлежал Перси, но он, несомненно, был прыгающим, а не ползающим. Ползающими являются африканские потто и азиатские лори. Они передвигаются гораздо медленнее, особенно "медленные" лори Дальнего Востока, являющиеся скрытными охотниками, ползущими вдоль ветки до тех пор, пока добыча не окажется в зоне досягаемости, и тогда, они делает выпад с большой скоростью.

Галаго и потто напоминают нам, что тропический лес является трехмерным, как море. При взгляде сверху над кронами зеленые волны на их поверхности вздымаются до горизонта. Но нырните в более темный зеленый мир под ними, и вы пройдете сквозь различимые слои, снова же, как в море. Лесные животные, как и рыбы в море, находят перемещения вверх и вниз настолько же простыми, как и горизонтальные. Но, так же как и в море, каждый вид практически специализируется на жизни на определенном уровне. Ночью в лесах Западной Африки поверхность крон является областью крошечных галаго, охотящихся на насекомых, и питающихся фруктами потто. Ниже уровня крон стволы деревьев разделены промежутками, и это - царство иглокоготного галаго, чье снаряжение, давшее им имя, позволяет удерживаться за стволы после прыжка через промежутки между ними. Еще глубже в подлеске золотой потто и его близкий родственник ангаватибо охотятся на гусениц. На рассвете ночные галаго и потто освобождают место для дневных хищных обезьян, также разделяющих лес на подобные слои. Тот же тип стратификации имеет место в лесах Южной Америки, где можно найти до семи видов (сумчатых) поссумов, каждого на своем уровне.

Лемуры произошли от тех ранних приматов, что оказались беглецами на Мадагаскаре во времена, когда обезьяны эволюционировали в Африке. Мадагаскар - это достаточно большой остров, чтобы служить лабораторией для естественных эволюционных экспериментов. История про Мадагаскар будет рассказана одним из лемуров, никоим образом не типичным, даубетонией ай-ай или руконожкой. Я не многое помню из лекции о лемурах, которую Гарольд Пьюзи (Harold Pusey) – мудрый и эрудированный "боевой конь" лекционного зала – дал моему поколению Оксфордских зоологов, но я действительно помню навязчивый рефрен, которым он заканчивал почти каждую фразу о лемурах: "кроме руконожки". "Кроме руконожки!" Вопреки внешнему виду руконожка вполне нормальный лемур, и лемуры - наиболее известные обитатели большого острова Мадагаскар. "Рассказ Ай-ай" будет о Мадагаскаре, образцовой лаборатории естественных биогеографических экспериментов, рассказ не только лемуров, но всех обитателей особой мадагаскарской флоры и фауны.

Рассказ Ай-Ай

Британский политический деятель однажды описал конкурента (который позже достаточно продвинулся, чтобы стать лидером своей партии) как имеющего "что-то ночное". Ай-ай передает подобное впечатление, и действительно она является абсолютно ночным животным – самым большим из ночных приматов. У нее ненормально широко посаженные глаза на бледной как смерть морде. Пальцы абсурдно длинные: пальцы ведьмы Артура Рекхэма. <Артур Рэкхем (1867-1939) - крупнейший английский иллюстратор — прим. Пер.> "Абсурдно" только по человеческим стандартам, однако, как мы можем убедиться, на это есть серьезная причина: ай-ай с более короткими пальцами штрафовались бы естественным отбором, даже если мы не знаем почему. Естественный отбор – достаточно сильная теория, чтобы давать подобные предсказания, сейчас наука больше не нуждается в подтверждении ее правильности.

Один палец, средний, уникален. Чрезвычайно длинный и тонкий даже по стандартам ай-ай, он используется особым образом, чтобы делать отверстия в мертвых деревьях и выковыривать личинки. Ай-ай обнаруживает добычу в дереве, барабаня тем же длинным пальцем и прислушиваясь к изменению тонов, выдающем насекомое под поверхностью. Это не все, для чего они используют длинный средний палец. В Университете Дюк, хранящем, безусловно, наибольшую коллекцию лемуров за пределами Мадагаскара, я видел ай-ай, с большим изяществом и точностью вставляющую длинный средний палец в свою собственную ноздрю в поисках не знаю чего. Покойный Дуглас Адамс (Douglas Adams) написал замечательную главу об ай-ай в "Последний шанс увидеть", своей туристической книге о его поездках с зоологом Марком Карвардином.

Ай-ай – ночной лемур. Это очень странного вида существо, которое, кажется, было собрано из частей других животных. Она немного похожа на большую кошку с ушами летучей мыши, зубами бобра, хвостом, похожим на большое страусиное перо, средним пальцем, как длинная сухая ветка, и огромными глазами, которые, кажется, всматриваются мимо Вас в абсолютно другой мир, который существует прямо за Вашим левым плечом... Как фактически все, что живет на Мадагаскаре, она не встречается больше нигде на Земле.

Какое чудесное, содержательное описание, как прискорбно было потерять его автора. Целью Адамса и Карвардина в "Последний шанс увидеть" было привлечь внимание к тяжелому положению вымирающих видов. Приблизительно 30 живущих видов лемуров – остатки намного большей фауны, жившей до тех пор, пока на Мадагаскар не вторглись несущие разрушение люди около 2 000 лет назад.
Мадагаскар – осколок Гондваны, который отделился от того, что является теперь Африкой, приблизительно 165 миллионов лет назад, и окончательно отделился от того, что стало Индией, приблизительно 90 миллионов лет назад. Этот порядок событий может казаться удивительным, но, как мы увидим, как только Индия стряхнула с себя Мадагаскар, она стала двигаться необычайно быстро по стандартам (ниже, чем у лори) тектоники плит.

Если не считать летучих мышей (которые, по-видимому, прилетели извне) и животных, занесенных людьми, сухопутные жители Мадагаскара являются потомками или древней флоры и фауны Гондваны, или редких иммигрантов, невероятно удачно переправившихся на плотах из других мест. Это естественный ботанический и зоологический сад, приютивший приблизительно пять процентов всех видов наземных растений и животных планеты, более 80 процентов из которых больше нигде не встречаются. Все же, несмотря на это удивительное богатство видов, Мадагаскар также отличается полным отсутствием большого количества основных групп животных. В отличие от Африки или Азии, на Мадагаскаре нет местных антилоп, лошадей или зебр, нет никаких жирафов, слонов, кроликов, никаких слоновых землероек, никаких членов семейств кошачьих или псовых: никого вообще из ожидаемой африканской фауны. Есть кистеухие свиньи, которые, кажется, появились весьма недавно, возможно, были завезены людьми. (Мы вернемся к ай-ай и другим лемурам в конце рассказа).
На Мадагаскаре обитают три члена семейства мангустов, которые, несомненно, являются родственными друг другу, и, должно быть, прибыли из Африки в форме одного вида-основателя и впоследствии разветвились. Самый известный из них – фосса, своего рода гигантский мангуст размером с гончую, но с очень длинным хвостом. Его меньшие родственники – фаланук и фаналока, чье латинское название, Fossa fossa, вносит путаницу.

Существует группа странных мадагаскарских грызунов, всего девять родов, объединенных в одну подсемью, Nesomyinae. Они включают роющую норы гигантскую крысоподобную форму, лазающую по деревьям "болотную крысу" с хохолком на хвосте и прыгающую, подобную табаргану форму. Долгое время велись дискуссии, появились ли странные мадагаскарские грызуны в результате одного случая иммиграции или нескольких. Если был единый основатель, то это означало бы, что его потомки эволюционировали со времен прибытия на Мадагаскар, заполняя все эти различные ниши грызунов: вполне мадагаскарская история. Последние молекулярные свидетельства указывают, что пара видов с африканского материка более близко связана с некоторыми мадагаскарскими грызунами, чем некоторые мадагаскарские грызуны друг с другом. Это, казалось бы, говорит о многократных иммиграциях из Африки. Однако более близкое рассмотрение свидетельств поддерживает более удивительную гипотезу. Похоже, все мадагаскарские грызуны происходят от единого основателя, который пришел не из Африки, а из Индии. Если это окажется верным, сходство с двумя африканскими грызунами будет служить признаком более поздней переправы на плотах из Мадагаскара в Африку. Предки африканских видов прибыли из Индии, через Мадагаскар. Это выглядит, как если бы Индийский океан благоволил бы переправе на плотах в западном направлении. И снова мы не должны забывать, что когда происходила иммиграция, Индия была ближе к Мадагаскару.


Будет ли чувствовать себя марсианин на Мадагаскаре, как дома? Аллея баобабов в Морондаве, на Мадагаскаре. Этот вид баобаба, Adansonia grandidieri, является одним из шести эндемиков Мадагаскара

Шесть из восьми видов баобабов растут исключительно на Мадагаскаре, и количество мадагаскарских пальм, 130 видов, затмевает их число во всей Африке. Некоторые авторитетные источники считают, что оттуда произошли хамелеоны. В самом деле, две трети видов хамелеонов в мире являются коренными мадагаскарцами. Существует особое мадагаскарское семейство подобных землеройке животных, тенреков. Некогда классифицировавшиеся в составе отряда насекомоядных, в настоящее время они размещены среди Афротериев, с кем мы встретимся на Рандеву 13. Они, вероятно, прибыли на Мадагаскар из Африки как две различные популяции-основатели, раньше всех других млекопитающих. К настоящему моменту они разветвились на 27 видов, включая некоторых, напоминающих ежей, некоторых, напоминающих землероек, и тех, которые живут главным образом под водой, как водная землеройка. Сходства являются конвергентными – независимо эволюционировавшими в типично мадагаскарской манере. На изолированном Мадагаскаре не было никаких "настоящих" ежей и никаких "настоящих" водных землероек. Поэтому тенреки, которым посчастливилось оказаться в этой местности, эволюционировали в местные эквиваленты ежей и водных землероек.

На Мадагаскаре нет вообще никаких обезьян, что подготовило почву для лемуров. По счастливому шансу, около 63 миллионов лет назад корневая популяция ранних мокроносых приматов случайно попала на Мадагаскар. Как обычно, мы понятия не имеем, как это произошло. Эволюционный раскол (Рандеву 8, 63 миллиона лет назад) произошел позже, чем географическое отделение Мадагаскара от Африки (165 миллионов лет назад), и Индии (88 миллионов лет назад), таким образом, мы не можем сказать, что предки лемуров были жителями Гондваны, находившимися там все время. В нескольких местах в этой книге я использовал "переправу на плотах" как своего рода сокращенное выражение для "статистически весьма невероятного удачного пересечения моря с помощью каких-то неизвестных плавательных средств, которое должно было однажды произойти, и которое, как мы знаем, произошло по крайней мере однажды, поскольку мы видим последовавшие результаты". Я должен добавить, что "статистически весьма невероятное" используется там для проформы. Как мы видели на Рандеву 6, факт "пререправы на плотах" в общем смысле более обычен, чем можно было бы интуитивно предположить. Классический пример – быстрое повторное заселение остатков Кракатау после того, как он был внезапно разрушен катастрофическим извержением вулкана.

На Мадагаскаре последствия удачной переправы на плотах были драматичными и восхитительными: лемуры, большие и маленькие, от карликового мышиного лемура, меньшего, чем хомяк, до недавно вымершего археоиндри, который был тяжелее, чем большая горилла. и похож на медведя; обыкновенные лемуры, похожие на кольцехвостых, с их длинными, полосатыми, напоминающими волосатых гусениц хвостами, носятся по воздуху, как отряд бежит по земле; или индри, или танцующий сифака, который может быть самым прямоходящим приматом после нас.

И конечно, есть ай-ай, рассказчица этой истории. Мир станет более грустным местом, когда она вымрет, поскольку, я боюсь, что это может произойти. Но мир без Мадагаскара был бы не только более грустным – он был бы обедневшим. Если бы Вы стерли с лица земли Мадагаскар, то Вы разрушили бы всего лишь около одной тысячной всей мировой поверхности суши, но целых четыре процента всех видов животных и растений.

Для биолога Мадагаскар – благословенный остров. В нашем странствии пилигримов он является первым из пяти больших – в некоторых случаях действительно очень больших – островов, изоляция которых в ключевые моменты истории Земли радикально структурировала разнообразие млекопитающих. И не только млекопитающих. Нечто подобное случалось с насекомыми, птицами, растениями и рыбами, и когда к нам, наконец, присоединятся более далекие пилигримы, мы найдем другие острова, играющие ту же роль – не все они острова суши. "Рассказ Цихлиды" убедит нас, что каждое из больших африканских озер – свой собственный водный Мадагаскар, а рыбы цихлиды – его лемуры.

Острова или островные континенты, которые повлияли на эволюцию млекопитающих, в том порядке, в котором мы их посетим: Мадагаскар, Лавразия (большой северный континент, который был когда-то изолирован от своего южного оппонента, Гондваны), Южная Америка, Африка, и Австралия. Сама Гондвана могла бы быть добавлена к списку, поскольку, как мы обнаружим на Рандеву 15, она также породила свою собственную уникальную фауну, прежде чем раскололась на все наши континенты Южного полушария. "Рассказ Ай-ай" показал нам фаунистическую и флористическую расточительность Мадагаскара. Лавразия – древний дом и дарвиновский испытательный полигон для огромного потока пилигримов, с которыми мы познакомимся на Рандеву 11, лавразиотериев. На Рандеву 12 к нам присоединится странная группа пилигримов, неполнозубые, которые проходили эволюционную стажировку на тогдашнем островном континенте Южная Америка, и кто расскажет нам историю о других его обитателях. На Рандеву 13 мы обнаружим афротериев, другую чрезвычайно пеструю группу млекопитающих, многообразие которых было отточено на островном континенте Африка. Затем, на Рандеву 14, мы обратимся к Австралии и сумчатым. Мадагаскар – микрокосм, который подает пример – достаточно большой, чтобы ему следовать, и достаточно маленький, чтобы показать его с образцовой четкостью.

 

10. Рандеву 5. Обезьяны Старого Света. 6. Обезьяны Нового Света

Ричард Докинз. Рассказ Предка
Часть 11

12. Великая меловая катастрофа. Рандеву 9. Шерстокрылы и тупайи.
10. Грызуны и зайцеобразные

 

Комментарии

Ну, наконец...долгожжданное продолжение. Спасибо!