Р. Докинз. Рассказ Предка-14. Рандеву 12. Неполнозубые. 13. Афротерии. 14. Сумчатые

 

13. Рандеву 11. Лавразиатерии

Ричард Докинз. Рассказ Предка
Часть 14

15. Рандеву 15. Однопроходные

 

Рандеву 12. Неполнозубые
 
 
На Рандеву 12, около 95 миллионов лет назад, во времена нашего прародителя в 35-миллионном поколении мы встречаемся с неполнозубыми пилигримами из Южной Америки, которая в то время только недавно отделилась от Африки и была очень большим островом - как раз то, что нужно для стимулирования эволюции уникальной фауны. Неполнозубые - довольно странная группа млекопитающих, состоящая из броненосцев, ленивцев и муравьедов, а также их вымерших родственников. Их латинское название Xenarthra означает "чужеродные суставы", ссылаясь на особый способ сочленения их позвонков друг с другом: они имеют дополнительные сочленения между поясничными позвонками, что усиливает позвоночник для рытья, которым промышляют так многие их них. Среди муравьедов только южноамериканские — неполнозубые. Другие млекопитающие, такие как панголины и трубкозубы, также едят муравьев и названы, соответственно, чешуйчатыми муравьедами и муравьиными медведями. Всех "муравьедов", между прочим, можно было бы с тем же успехом назвать термитоедами — они очень любят термитов.
 
У неполнозубых есть рассказ о Южной Америке, и рассказать его выпало броненосцу. Мы рассмотрим разнообразие самих неполнозубых по ходу рассказа.
 
Рассказ Броненосца
 
Зоологически говоря, Южная Америка – своего рода гигантский Мадагаскар. Как и Мадагаскар, она откололась от Африки, но с западной, а не с восточной стороны, приблизительно в то же время или немного позже, чем Мадагаскар. Как и Мадагаскар, Южная Америка была отделена от остальной части мира в течение большей части периода эволюции млекопитающих. Ее длительная изоляция, которая закончилась лишь около 3 миллионов лет назад, привела к тому, что Южная Америка стала гигантским естественным экспериментом, достигшим высшей точки в уникальной и очаровательной фауне млекопитающих. Подобно Австралии, но в отличие от Мадагаскара, фауна Южной Америки была богата сумчатыми. В случае Южной Америки сумчатые заполнили большинство ниш плотоядных. В отличие от Австралии, в Южной Америке также было много плацентарных (несумчатых) млекопитающих, включая броненосцев и других неполнозубых, и различных уникальных южноамериканских "копытных", теперь полностью вымерших, которые эволюционировали совершенно независимо от парнокопытных и непарнокопытных остального мира.
 
Мы уже видели, что обезьяны и грызуны пришли в Южную Америку, вероятно, благодаря отдельным случаям переправы на плотах после того, как континент оторвался от Африки. Когда обезьяны и грызуны прибыли, они обнаружили гигантских наземных ленивцев, неуклюжих сухопутных кузенов нынешних древесных ленивцев. Наземные ленивцы часто изображаются стоящими вертикально на задних ногах, объедающими деревья, и они, возможно, также ломали их, как делают нынешние слоны. Наибольшие из них действительно были сопоставимы по размеру со слонами, шесть метров длиной и от трех до четырех тонн весом. Наземные ленивцы (кроме самых больших из них) проникли через Северную Америку с такого далекого севера, как Аляска.
 
Прибывшие другим путем ламы, альпаки, гуанако и викуньи, все члены семейства верблюдовых, теперь ограничены Южной Америкой, но верблюды первоначально эволюционировали в Северной Америке. Они распространились в Азии, а затем в Аравии и Африке, весьма недавно, по-видимому, через Аляску, где дали начало бактрианам монгольских степей и дромадерам жарких пустынь. Семейство лошадиных также в основном эволюционировало в Северной Америке, но затем там вымерло, что делает трогательным то удивление, с которым американские индейцы отреагировали на лошадей, повторно ввезенных из Евразии бесславными конкистадорами.
 
Муравьеды, похоже, эволюционировали не в Северной Америке, но три рода выжили в Южной Америке, и это очень необычные млекопитающие. У них нет вообще никаких зубов, а череп, особенно у Myrmecophaga, большого наземного муравьеда, стал почти как длинная, кривая трубка, своего рода соломинка для всасывания муравьев и термитов, которой они извлекают их из гнезд посредством длинного, липкого языка. И позвольте мне рассказать вам о них кое-что удивительное. Большинство млекопитающих, таких как мы, выделяет соляную кислоту в своих желудках, чтобы помочь пищеварению, но южноамериканские муравьеды делают не так. Вместо этого они полагаются на муравьиную кислоту из муравьев, которых они едят. Это типично для оппортунизма естественного отбора.
 
Из других "старожилов" Южной Америки сумчатые выжили только в виде опоссумов (которые также теперь распространены и в Северной Америке), очень несхожих "крысовидных опоссумов" (ограниченных Андами) и единственного мышеподобного вида чилийского опоссума, monito del monte (который, кажется, достаточно странно, мигрировал назад в Южную Америку из Австралии). Мы встретим их должным образом, когда доберемся до Рандеву 14.
 
Все древние южноамериканские "копытные" вымерли, и очень жаль, потому что они были удивительными существами. Название Симпсона "старожилы" означает всего лишь, что их предки жили в Южной Америке в течение очень долгого времени, вероятно, с тех пор, как этот континент откололся от Африки. Они эволюционировали и порождали разнообразие в течение такого же длительного периода, как наши более близкие млекопитающие в Старом Свете. Многие из них процветали до времени Великого Американского Обмена, а в некоторых случаях и после него. Ранее произошел раскол литоптерн на лошадоподобные и верблюдоподобные формы, у которых, надо полагать (судя по положению костей носа), был хобот, как у слона. Другая группа, пиротерии, также, вероятно, имела хобот, и, возможно, была весьма похожа на слонов в других отношениях. Они, конечно, были очень большими. Южноамериканская фауна млекопитающих, пожалуй, двигалась к массивным, подобным носорогу формам, чьи окаменелые кости были впервые обнаружены Дарвином. Нотоунгуляты включали огромных, похожих на носорогов токсодонов, и меньшие, кроликоподобные и грызуноподобные формы. "Рассказ Броненосца" – рассказ о Южной Америке в Эпоху Млекопитающих. Этот рассказ о гигантском плоте, таком как Мадагаскар, Австралия или Индия, уносимом течениями распадающейся Гондваны. С Мадагаскаром мы уже имели дело в "Рассказе Ай-ай". Австралия будет предметом "Рассказа Сумчатого Крота". Индия была бы четвертым экспериментом с плотом, если бы не то обстоятельство, что она переместилась на север настолько быстро, что достигла Азии довольно рано, и таким образом ее фауна интегрировалась с фауной Азии во время второй половины Эпохи Млекопитающих. Африка также была гигантским островом во времена расцвета млекопитающих, не столь изолированная, как Южная Америка, и не столь долго. Но достаточно долго для большой и очень разнообразной группы млекопитающих, дабы они прошли свой собственный путь в изоляции, более близкие кузены друг другу, чем остальным млекопитающим, хотя Вы никогда не предположили бы этого, глядя на них. Они – афротерии, и мы собираемся встретить их на Рандеву 13.
 
Рандеву 13. Афротерии
 
 
 
Присоединие афротериев. Новые филогении плацентарных млекопитающих считают весьма ранним разделение между примерно семидесятью видами афтотериев и всеми другими плацентарными. Тем не менее, порядок Рандеву 12 и 13 полностью не установлен. Внутри афротериев до сих пор дискутируется порядок разделения слонов, сирен и даманов, положение трубкозуба, а также тенреков и златокротов.
Изображения, слева направо: прыгунчик Эдварда (Elephantulus edwardii); пустынный златокрот (Eremitalpa granti); трубкозуб (Orycteropus afer); американский ламантин (Trichechus manatus); африканский слон (Loxodonta africana); горный даман (Procavia capensis).
 
Афротерии - это последние плацентарные млекопитающие, которые присоединятся к нашему паломничеству. Они, как и предполагает их название, возникли в Африке и включают слонов, прыгунчиков, дюгоней и ламантинов (также известных как морские слоны и морские коровы), даманов, трубкозубов, и, вероятно, тенреков Мадагаскара и златокротов Южной Африки. Следующими пилигримами, которых мы встретим, будут наши гораздо более далекие родственники - сумчатые, таким образом, Афротерии, все в одинаковой мере — наши наиболее дальние несумчатые кузены. Сопредок 13 жил 105 миллионов лет назад и был нашим прародителем в 45-миллионном поколении или около того. И снова, он выглядел похожим на Сопредка 12 и Сопредка 11, почти как землеройка.
 
Я никогда не видел прыгунчика до того, как снова посетил красивую местность Малави, которая, называясь Ньяасаленд, была домом моего детства. Моя жена и я провели некоторое время в охотничьем заказнике Мвуу, немного южнее большого озера Рифтовой Долины, которое дало стране его название, и на чьих песчаных берегах я проводил свои каникулы с лопатой и ведром. В охотничьем заказнике мы воспользовались энциклопедическими знаниями о животных нашего африканского гида, его острым глазом, для того чтобы отыскать их, и его привлекательными оборотами речи, которыми он привлекал наше внимание. Прыгунчики всегда вызывали у него одну и ту же шутку, которая, казалось, становилась лучше с каждым повторением: "Один из пяти малых".
 
Прыгунчики или слоновые землеройки, названные так за свои длинные, хоботообразные носы, крупнее европейских землероек, и они бегают выше на более длинных ногах, немного напоминая антилоп в миниатюре. Наименьший из 15 видов прыгает. Прыгунчики были более многочисленны и разнообразны и включали несколько растительноядных видов, так же как насекомоядных, которые выжили до настоящего. У прыгунчиков есть предусмотрительная привычка уделять время и внимание прокладке тропинок, чтобы использовать их позже, спасаясь от хищников. Несмотря на их милые маленькие хоботки, никому никогда не приходило в голову, что прыгунчики могут быть особо близки к слонам. Всегда полагали, что они являются просто африканскими версиями европейских землероек. Свежие молекулярные свидетельства, однако, удивляют нас информацией о том, что прыгунчики - более близкие родственники слонов, чем землероек, и некоторые люди теперь предпочитают именовать их альтернативным названием сенги, чтобы отдалить от землероек. Кстати, "хоботы" у прыгунчиков почти наверняка не имеют отношения к их родственным связям со слонами.
 
От пяти малых - к большим, мы переходим к самим слонам. Сегодня слоны сократились до двух родов: Elephas, индийский слон, и Loxodonta, африканский слон, но кроме них разные виды слонов, включая мастодонтов и мамонтов, бродили когда-то почти по всем континентам, кроме Австралии. Мастодонты и мамонты жили в Америке вплоть до приблизительно 12 000 лет назад, когда они были истреблены, вероятно, людьми Кловис. Мамонты в Сибири вымерли так недавно, что их иногда находили замороженными в вечной мерзлоте, и даже, как воспевали поэты, делали из них суп:
 
ЗАМОРОЖЕННЫЙ МАМОНТ
 
Их доныне находят в тайге иногда,
Вмерзших в глыбы прозрачные вечного льда
На пространствах Восточной Сибири.
Как известно кочующим там дикарям,
Замороженных мамонтов можно «ням-ням»,
Лишь котел надо выбрать пошире:
Важно, чтобы никто из туземцев тайком
Не прельстился еще не готовым куском
Потому-то в котел их кладут целиком
И отваривают в мундире.
 
ХИЛЭР БЕЛЛОК (Перевод Г. Кружкова).
 
Как и для всех афротериев, Африка – древний дом слонов, мастодонтов и мамонтов, корень их эволюции и место их наибольшего разнообразия Африка также стали домом для множества других млекопитающих, таких как антилопы, и для хищников, которые охотятся на них, но они – лавразиотерии, пришедшие в Африку позже с большого северного континента Лавразия. Афротерии - африканские "старожилы".
 
Отряд слонов называется хоботные, Proboscidea, из-за их длинного хобота, который является удлиненным носом. Хобот используется для многих целей, включая питье, которое, возможно, было его первоначальной функцией. Если Вы – очень высокое животное, как слон или жираф, питье составляет проблему. Пища слонов и жирафов преимущественно растет на деревьях, что может частично объяснять, почему они изначально высоки. Но вода находит свой собственный уровень, который обычно бывает неудобно низок. Один из вариантов – становиться на колени возле воды. Так делают верблюды. Но вставать тяжело, и еще тяжелее для слонов и жирафов. И те и другие решают проблему, втягивая воду через длинный сифон. Жирафы поместили свою голову на конце сифона — шее. Голова жирафа поэтому должна быть довольно маленькой. Слоны оставили голову, которая поэтому больше и мозговитее, у основания сифона. Их сифон, конечно - хобот, и он приходится кстати также во многом другом. Я ранее цитировал Орию Дуглас-Гамильтон (Oria Douglas-Hamilton) о хоботе слона. Большая часть их жизни с ее мужем Йеном была посвящена исследованию и сохранению диких слонов. Вот гневный пассаж, вызванный ужасающей картиной массовой "отбраковки" слонов в Зимбабве.
 
Я смотрела на один из сваленных хоботов и задавалась вопросом, сколько миллионов лет должно было потребоваться, чтобы создать такое чудо эволюции. Оснащенный пятьюдесятью тысячами мускулов и управляемый мозгом соответствующей сложности, он может дергать и толкать с силой в одну тонну. Но в то же время он способен выполнять наиболее тонкие операции, например, сорвать маленький стручок, чтобы положить его в рот. Этот универсальный орган является сифоном, способным удерживать 4 литра воды для питья или разбрызгивания по телу, как и вытянутым пальцем, и как трубой или громкоговорителем. Хобот имеет также социальные функции; ласки, сексуальные ухаживания, успокаивание, поздравления и взаимно переплетающиеся объятия... И вот он лежит там ампутированный, как очень многие слоновьи хоботы, которые я видела повсюду в Африке.
 
Хоботные также заполучили бивни, которые являются сильно увеличенными резцовыми зубами. У современных слонов бивни есть только в верхней челюсти, но у некоторых вымерших хоботных помимо (или вместо) них были клыки и в нижней челюсти. У дейнотерия были большие, изогнутые вниз бивни в нижней челюсти и совсем не было бивней в верхней челюсти. У амбелодона, североамериканского члена большой группы ранних хоботных, названной гомфотерии, были похожие на слоновьи бивни в верхней челюсти и плоские, похожие на лопату бивни в нижней челюсти. Возможно, они действительно использовались как лопаты для выкапывания клубней. Это предположение, между прочим, не противоречит гипотезе об эволюции хобота как сифона, чтобы избавиться от необходимости становиться на колени для питья. Нижняя челюсть с ее двумя плоскими лопатами на конце была такой длинной, что стоящие хоботные, возможно, легко использовали ее для копания в земле.
 
В "Детях вод" Чарльз Кингсли (Charles Kingsley) писал, что слон "приходится двоюродным братом небольшому мохнатому кролику (coney) Священного писания..." Первоначальное значение coney в английском словаре – кролик (rabbit), и два из четырех случаев употребления этого слова в Библии объясняют, почему кролик не является кошерным: "и кролик, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас" (Левит 11:5 и очень похожий отрывок во Второзаконии 14:7). Но Кингсли не мог подразумевать кролика, потому что он переходит к утверждению, что слон – 13-юродный или 14-юродный кузен кролика (rabbit). Другие две библейских ссылки обращаются к животному, которое живет среди скал: Псалом 104 ("Высокие горы – сернам, каменные утесы – убежище кроликам [coneys] Псалом 104, и Книга притчей Соломоновых 30:26 ("кролики [coneys], народ слабый – но ставят домы свои на скале") <Если в английском варианте Библии во всех трех случаях используется coney, то русском это разные животные: в Левите — тушканчик, в Псалме 103 (не 104) — зайцы, а в Притчах Соломоновых — горные мыши — прим. Пер.>. Здесь вообще условлено, что кролик [coney] подразумевает дамана, скальную крысу или капского дамана, и Кингсли, этот достойный восхищения дарвинистский священник, был прав.
 
Что ж, он, по крайней мере, был прав, пока не вмешались эти надоедливые современные таксономисты. Учебники говорят, что самые близкие живые кузены слонов – даманы, что согласуется с Кингсли. Но недавний анализ показывает, что мы должны также включить группу дюгоней и ламантинов, возможно, даже как самых близких живых родственников слонов, с даманами как сестринской группой. Дюгони и ламантины – исключительно морские млекопитающие, которые никогда не выходят на берег, даже для размножения, и похоже, что мы введены в заблуждение, как в случае с гиппопотамами и китами. Исключительно морские млекопитающие свободны от ограничений, налагаемых земной гравитацией, и могут быстро эволюционировать в своем собственном особом направлении. Даманы и слоны, оставшиеся на земле, сохранили большую схожесть друг с другом, так же, как гиппопотамы со свиньями. Судя задним числом, немного похожие на хобот носы дюгоней и ламантинов, их маленькие глаза на морщинистой морде придают им слегка слоновью внешность, но, вероятно, это – случайность.
 
Дюгони и ламантины принадлежат к отряду сирен, Sirenia. Название происходит от их предполагаемой схожести с мифическими сиренами, хотя, нужно сказать, она не очень убедительна. Их медленное, в стиле "сонной лагуны", плавание, возможно, представлялось подобным русалке, и они вскармливают своих детенышей парой грудей под плавниками. Но нельзя удержаться от ощущения, что моряки, которые первыми обнаружили сходство, должно быть, слишком долго были в море. Сирены с китами – единственные млекопитающие, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не выходят на сушу. Один вид, амазонский ламантин, живет в пресной воде; другие два ламантина встречаются также в море. Дюгони обитают исключительно в море, и все четыре вида подвержены опасности исчезновения, что вдохновило мою жену разработать футболку: Dugoing Dugong Dugone <Игра с парадигмой спряжения, ставит слово дюгонь в ряд между словами, созвучными с Исчезающий - *** - Исчезнувший — прим. Пер.>. Душераздирающая история имеет отношение к пятому виду, огромной морской корове Стеллера, которая жила в Беринговом проливе и весила более 5 тонн. На нее охотились до полного исчезновения спустя каких-то 27 лет после ее открытия злополучным экипажем Беринга в 1741 году, показав, какими уязвимыми могут быть сирены.
 
Как у китов и дельфинов, верхние конечности сирен стали плавниками, и у них вовсе отсутствуют задние конечности. Сирены также известны как морские коровы, но они не связаны с коровами, и они не жвачные. Их вегетарианская диета требует очень длинного кишечника и низких затрат энергии. Высокая скорость аквабатики плотоядного дельфина резко контрастирует с ленивым дрейфом растительноядного дюгоня: наводимая ракета по отношению к управляемому дирижаблю.
 
Существуют также маленькие афротерии. Златокроты и тенреки, похоже, связаны друг с другом, и наиболее современные авторитетные источники размещают их среди афротериев. Златокроты живут в Южной Африке, где они занимаются тем же, чем кроты занимаются в Евразии, и делают это красиво, плывя через песок, как если бы это была вода. Тенреки живут главным образом на Мадагаскаре. Есть некоторые полуводные "выдровые землеройки", которые фактически являются тенреками Западной Африки. Как мы видели в "Рассказе Ай-ай", мадагаскарские тенреки включают формы, подобные землеройке, формы, подобные ежу, и водный вид, который, вероятно, вернулся к воде независимо от африканских видов.
 
Рандеву 14. Сумчатые
 
 
Присоединение сумчатых. На основании способа размножения выделяются три главные ветви млекопитающих. Это яйцекладущие млекопитающие (однопроходные), сумчатые млекопитающие и плацентарные млекопитающие (включая нас самих). Как исследования морфологии, так и большинство исследований ДНК подтверждают объединение сумчатых и плацентарных вместе, что приводит к Рандеву 14 между примерно 270 видами сумчатых и примерно 4500 видами плацентарных. Принято считать, что сумчатые подразделяются на семь показаннных здесь отрядов. Их взаимоотношения не являются твердо установленным: особенно проблематичным является положение южноамериканских соневидных опоссумов (Microbiotheria).
Изображения, слева направо: рыжий кенгуру (Macropus rufus); тасманийский дьявол (Sarcophilus harrisii); южный сумчатый крот (Notoryctes typhlops); кроличий бандикут (Macrotis lagotis); вирджинский опоссум (Didelphus virginiana).
 
Вот мы и на отметке 140 миллионов лет назад, в начале мелового периода, когда наш Сопредок 14, наш приблизительно 80-миллионный прародитель, жил в тени динозавров. Как будет изложено в "Рассказе Эпиорниса", Южная Америка, Антарктида, Австралия, Африка и Индия, бывшие некогда частями южного суперконтинента Гондвана, только начинали откалываться (карта примерно этого периода приведена на странице 238). Как следствие, климатические изменения погрузили мир в недолгий (по геологическим меркам) холодный период, со снегом и льдом, отбеливающим полюса в течение зимних месяцев. Только несколько цветковых растений росли в умеренных хвойных лесах и папоротниковых долинах, покрывавших северные и южные части земного шара, и было, соответственно, мало насекомых-опылителей, из известных нам сегодня. И именно в таком мире все многочисленные плацентарные пилигримы - лошади и кошки, ленивцы и киты, летучие мыши и броненосцы, верблюды и гиены, носороги и дюгони - все, кого в то время представляло небольшое насекомоядное, приветствуют другую крупную группу млекопитающих - сумчатых.
 
Marsupium по-латыни значит сумка. Анатомы используют этот технический термин для любой сумки, включая и человеческую мошонку. Но наиболее знамениты в животном мире сумки, в которых кенгуру и другие сумчатые носят своих детенышей. Сумчатые рождаются маленькими эмбрионами, приспособленными только для карабканья – карабканья для спасения своих крошечных жизней через лес материнской шерсти в сумку, где они прильнут ртом к соску своей матери.
 
Другая основная группа млекопитающих именуется плацентарными, поскольку они кормят своих эмбрионов с помощью различных вариантов плаценты: большого органа, через который мили капиллярных кровеносных сосудов, принадлежащих детенышу, приходят в тесный контакт с милями капиллярных кровеносных сосудов, принадлежащих матери. Эта превосходная система обмена (так как она служит для удаления продуктов выделения плода, а также для его кормления) позволяет детенышу рождаться на гораздо более позднем этапе в своей "карьере". Он наслаждается защитой тела матери до тех пор, пока, в случае, например, копытных травоядных, не будет способен не отставать от стада на собственных ногах и даже убегать от хищников. Сумчатые делают это по-другому. Сумка похожа на внешнюю матку, и большой сосок, к которому детеныш прилагается в виде полупостоянного придатка, работает как пуповина. Позднее детеныш открепляется от соска и сосет только иногда, как ребенок плацентарных. Он появляется из сумки, как будто при втором рождении, и все реже и реже пользуется ею как временным убежищем. Сумки кенгуру открываются вперед, но у многих сумчатых есть сумки, открывающиеся назад.
 
Сумчатые, как мы видели, составляют одну из двух крупнейших групп, на которые подразделяются выжившие млекопитающие. Обычно мы ассоциируем их с Австралией, в состав которой, с точки зрения фауны, может для удобства включаться Новая Гвинея. К сожалению, не существует общепризнанного слова, объединяющего эти два массива суши. "Меганезия" и "Сахул" не достаточно запоминаемы и выразительны. Австралазия не подходит, поскольку включает Новую Зеландию, которая зоологически имеет мало общего с Австралией и Новой Гвинеей. Я для своей цели создам слово Австралинея. Австралинейское животное происходит из австралийского континента, Тасмании и Новой Гвинеи, но не из Новой Зеландии. С зоологической точки зрения, но не с человеческой, Новая Гвинея похожа на тропическое крыло Австралии, и в фаунах млекопитающих обоих преобладают сумчатые. У сумчатых, к тому же, как мы видели в «Рассказе Броненосца», есть длинная и старинная история объединения с Южной Америкой, где они до сих пор встречаются преимущественно в форме нескольких десятков видов опоссумов.
 
Хотя современные американские сумчатые — почти все опоссумы, так было не всегда. Если принять во внимание ископаемые, наибольший диапазон разнообразия сумчатых находится в Южной Америке. Более древние ископаемые найдены в Северной Америке, но самые старые из всех ископаемых сумчатых – из Китая. Они вымерли в Лавразии, но выжили в двух основных остатках Гондваны, а именно, в Южной Америке и Австралинее. И именно Австралинея является основным оплотом для современного разнообразия сумчатых. Общепризнано, что сумчатые пришли в Австралинею из Южной Америки через Антарктику. Те ископаемые сумчатые, что были найдены в Антарктике, не представляют собой достоверных предковых австралинейских форм, но это, вероятно, только потому, что вообще было найдено не так много антарктических ископаемых.
 
Случилось так, что в Австралинее в течение большой части ее истории, с тех пор, как она отделилась от Гондваны, плацентарных млекопитающих не было. Не так уж и неправдоподобно, что все австралинейские сумчатые происходят от единственного вселения подобного опоссуму животного-основателя из Южной Америки через Антарктику. Мы точно не знаем когда, но это не могло быть намного позднее, чем 55 миллионов лет назад, примерно в то время, когда Австралия (точнее даже Тасмания) отошла достаточно далеко от Антарктиды, чтобы оказаться недоступной для млекопитающих, "прыгающих" с острова на остров. Это могло произойти намного раньше, в зависимости от того, насколько неприветливой была Антарктика для млекопитающих. Американские опоссумы не ближе связаны с животными, которых австралийцы зовут поссумами, чем с другими австралийскими сумчатыми. Другие американские сумчатые, преимущественно ископаемые, кажется, связаны еще более отдаленным родством. Другими словами, большинство главных ветвей родового дерева сумчатых — американские, что является одной из причин, почему мы считаем, что сумчатые возникли в Америке и мигрировали в Австралинею, а не наоборот. Но ветвь австралинейских семей породила большое разнообразие после того, как их родина стала изолированной. Эта изоляция закончилась около 15 миллионов лет назад, когда Австралинея (точнее Новая Гвинея) подошла достаточно близко к Азии, чтобы ее могли достичь летучие мыши и (предположительно "прыгающие" с острова на остров) грызуны. Затем, намного позже, прибыли динго (надо полагать, на торговых каноэ) и наконец целая уйма других животных, таких как кролики, верблюды и лошади, завезенные европейскими иммигрантами.
 
Вместе с однопроходными, которые присоединятся к нам следующими, эволюционирующие австралийские сумчатые были унесены на большом плоту, которым стала Австралия, в изоляцию на юге Тихого Океана. Там следующие 40 миллионов лет Австралия была в полном распоряжении сумчатых (и однопроходных). Если вначале и были другие млекопитающие, они скоро вымерли. Ботинки динозавров ждали новых хозяев, как в Австралии, так и в остальном мире. С нашей точки зрения, Австралия восхитительна тем, что она была очень долго изолирована и имела очень маленькую популяцию сумчатых основателей, возможно, даже единственный вид.
 
А результаты? Они потрясающие. Из примерно 270 ныне существующих в мире видов сумчатых около трех четвертей австралийские (остальные все американские, преимущественно опоссумы плюс несколько других видов, таких как чилоэский опоссум). 200 австралийских видов (плюс-минус несколько, в зависимости от того, являемся ли мы объединителями или разделителями) разветвились, чтобы заполнить весь диапазон "профессий", ранее занятых динозаврами, и независимо занятых другими млекопитающими в остальном мире. "Рассказ Сумчатого Крота" пройдется по некоторым из них, одной за другой.
 
Рассказ Сумчатого Крота
 
Существует подземный образ жизни, который кроты (семейство кротовые, Talpidae) сделали привычным для нас в Евразии и Северной Америке. Кроты – специализированные роющие машины, их руки видоизменились в лопаты, их глаза, которые были бы бесполезны под землей, почти полностью выродились. В Африке нишу кротов заполнили златокроты (семейство златокротовые). Они внешне очень похожи на евразийских кротов и в течение многих лет были помещены с ними в один и тот же отряд: насекомоядные. В Австралии, как мы и ожидали, нишу заполняют сумчатые кроты, Notoryctes. Сумчатые кроты похожи на настоящих кротов (Talpa) и златокротов, они питаются червями и личинками насекомых, как настоящие кроты и златокроты, и копают подобно настоящим кротам, и еще более подобно златокротам. Настоящие кроты, когда они роют в поисках добычи, оставляют позади себя пустой туннель. Златокроты, по крайней мере те, что живут в пустынях, "плавают" через песок, который осыпается позади них, и сумчатые кроты делают то же самое. Эволюция сформировала "лопаты" кротов из всех пяти пальцев рук. Сумчатые кроты и златокроты используют два (или некоторые златокроты три) когтя. У настоящих и сумчатых кротов хвост короткий, и совсем не заметен у златокротов. Все трое слепы и не имеют заметных ушей. Сумчатые кроты (как подразумевает их название) имеют сумку, в которой размещаются преждевременно рожденные (по плацентарным стандартам) детеныши.
 
Общие черты этих трех "кротов" конвергентны: независимо эволюционировали для обеспечения их роющего поведения, от нероющих предков и различного происхождения. И это – конвергенция тремя путями. Хотя златокроты и евразийские кроты более близко связаны друг с другом, чем с любым сумчатым кротом, их общий предок наверняка не был специализированным роющим животным. Все трое похожи друг на друга, потому что все они роют. Кстати, мы настолько привыкли к идее о млекопитающих, освоивших ниши динозавров, что не задумываемся о том, что ни один динозавровый "крот" пока не обнаружен. И окаменелые норы, и специальные органы, приспособленные для рытья, были описаны для "рептилий, подобных млекопитающим", предшествовавших динозаврам, но никогда убедительно для самих динозавров.
 
Австралинея является домом не только для сумчатых кротов, но и для впечатляющего списка сумчатых, каждый из которых играет более или менее такую же роль, как какое-нибудь плацентарное млекопитающее на другом континенте. Есть сумчатые "мыши" (лучше названные сумчатыми землеройками, потому что они едят насекомых), сумчатые "кошки", "собаки", "белки-летяги", и ряд аналогов животных, знакомых по другим уголкам мира. В некоторых случаях подобие очень разительно. Белки-летяги, такие как американская летяга Glaucomys volans, выглядят и ведут себя в точности как подобные жители австралийских эвкалиптовых лесов, как сахарный летающий поссум (Petaurus breviceps) или махагоновый планерист (Petaurus gracilis). Американские белки-летяги являются настоящими белками, родственными нашим знакомым белкам. Интересно, что в Африке профессией белки-летяги заняты так называемые шипохвостые летяги (Anomaluridae), которые, хотя также относятся к грызунам, не являются истинными белками. Австралийские сумчатые также произвели три линии планеристов, которые развили свои особенности независимо. Возвращаясь к плацентарным планеристам, мы уже повстречали на Рандеву 9 загадочных "летающих лемуров" или шестокрылов, у которых, в отличие от белок-летяг и сумчатых планеристов, хвост охвачен планирующей мембраной, как и все четыре конечности.
 
Тилацин, тасманийский волк, является одним из самых известных примеров конвергентной эволюции. Тилацинов иногда называют тасманийскими тиграми из-за их полосатой спины, но это – неудачное название. Они намного больше похожи на волков или собак. Тилацины когда-то были распространены по всей Австралии и Новой Гвинее и выжили в Тасмании до достопамятных времен. До 1909 года существовала премия за их скальпы, последний достоверный экземпляр, обнаруженный в дикой местности, был застрелен в 1930 году, а последний находящийся в неволе тилацин умер в зоопарке Хобарта в 1936 году. В большинстве музеев есть их чучела. Их легко отличить от настоящей собаки из-за полос на спине, но по скелету различить сложнее. Студенты моего поколения, изучавшие зоологию в Оксфорде, среди прочего на заключительном экзамене должны были идентифицировать 100 зоологических экземпляров. Скоро распространился слух, что если давали какой-либо череп "собаки", лучше было идентифицировать его как тилацина на том основании, что столь очевидная вещь, как череп собаки, должен был быть подвохом. Тогда в один год экзаменаторы, к своей чести, дважды шли на хитрость и давали череп настоящей собаки. На случай, если Вас это интересует, самый легкий способ выявить различие – по двум заметным отверстиям в небной кости, которые характерны для всех сумчатых. Динго, конечно, не сумчатые, а настоящие собаки, вероятно, завезенные аборигенами. Возможно, отчасти конкуренция с динго привела тилацинов к вымиранию на австралийском материке. Динго никогда не достигали Тасмании, может быть, поэтому там выжили тилацины, пока европейские поселенцы не довели их до вымирания. Но ископаемые указывают, что в Австралии были другие виды тилацинов, которые вымерли слишком рано, чтобы люди или динго несли за это ответственность.
 
"Природный эксперимент" австралинейских "альтернативных млекопитающих" часто иллюстрируется серией картин, каждая из которых сопоставляет австралинейское сумчатое с его более знакомым плацентарным аналогом. Но не все экологические двойники напоминают друг друга. Похоже, нет плацентарного эквивалента поссума-медоеда. Легче понять, почему нет сумчатого эквивалента китов: действительно, кроме трудностей обращения с сумкой под водой, "киты" не могли быть объектом изоляции, которая позволила австралийским сумчатым эволюционировать обособленно. Подобные рассуждения объясняют, почему нет сумчатых летучих мышей. И хотя кенгуру могли быть описаны как австралинейский эквивалент антилоп, они выглядят совсем по-другому, потому что большая часть их тела построена для необычного прыгающего аллюра на двух задних ногах с массивным уравновешивающим хвостом. Тем не менее, по питанию и образу жизни ряд из 68 видов австралинейских кенгуру и кенгуру-валлаби соответствует ряду из 72 видов антилоп и газелей. Наложение не безупречно. Некоторые кенгуру ловят насекомых, если есть возможность, а ископаемые свидетельствуют о большом хищном кенгуру, который, наверное, был ужасным. Существуют плацентарные млекопитающие за пределами Австралии, которые прыгают на манер кенгуру, но это главным образом маленькие грызуны, вроде прыгающего тушканчика. Африканский долгоног – также грызун, не настоящий заяц, и является единственным плацентарным млекопитающим, которого можно было бы по-настоящему принять за кенгуру (или скорее за маленького кенгуру-валлаби). Действительно, мой коллега доктор Стивен Кобб, когда преподавал зоологию в Университете Найроби, был удивлен, встретив взволнованные возражения своих учеников, когда он сказал им, что кенгуру ограничены Австралией и Новой Гвинеей.
 
Уроки "Рассказа Сумчатого Крота" – о значении конвергенции в эволюции, реальной конвергенции в прямом направлении, а не объединении на пути назад, центральной метафоре этой книги – будут подняты в заключительной главе, "Возвращении Хозяина".

 

13. Рандеву 11. Лавразиатерии

Ричард Докинз. Рассказ Предка
Часть 14

15. Рандеву 15. Однопроходные